Таможенный криминалитет-8
Глава 22. Два гектара, пять домов
В этот вечер Густин домой не поехал. Позвонил на дачу дежурному СОБРовцу и приказал натопить баню, потому как нынче баня в Черкасском переулке стала небезопасной.
Гонец от Орликова передал запечатанный конверт. Печать МВД №0013 Густин узнал сразу.
- Вот юморист! - сказал себе Борис Михайлович.
Текст записки был предельно лаконичным и образным:
«Боря, нам сели не только на хвост, но и на задницу. Крыши больше нет. Совбез туфта. Ты нормальный парень, желаю тебе удачи, но не очень верю, что она будет. Объясни Мише Паханину, что единственный шанс сегодня -- это зелень для прокуроров, и туфта в уши для Первого. И пойми! В Питере может быть жопа! Эти питерские кони хуже Троянского».
Подписи не было. Записка была напечатана на компьютере крупным шрифтом. У Густина мелькнула мысль:
- А зачем печать поставил?
Ответ простой, если пойдет разборка, проще будет списать на клеветников.
- Я бы сделал также, - подумал Густин, и кивком головы, как бы подтвердил свои мысли.
Думать дальше времени уже не было. Густин набрал номер личной трубы Паханина. Это был хоть какой-то конспиративный канал связи. У Густина мобильник числился за подружкой двоюродной сестры супруги. У Паханина было еще сложнее.
- Миша, надо срочно потолковать.
Густину было уже не до церемоний, и он решил дать понять, что все в одной лодке. Паханин тембр голоса уловил четко, сразу вспомнив и недавний разговор со Стальевичем, но невозмутимым голосом ответил:
- Борис Михайлович! Будьте добры, перезвоните через 45 минут.
Цифры Паханин выговаривал четко, железным голосом.
Густин усмехнулся.
- Мальчишка, дурачек, доиграешься!
СОБРовец Сайд затопил баню и вышел покурить на крыльцо. Не успел он первый раз затянуться, как на кирпичном заборе, правее ворот, появился какой-то хмырь с фотоаппаратом.
- Эй, ты кто?! - сказал Сайд и вскинул помповик.
Хмырь защелкал фотоаппаратом.
- Ты зачем это?! Козел!!! - заорал Сайд и выстрелил поверх забора.
Волосатый хмырь исчез и больше не появлялся.
Вечером Сайд рассказал Густину о происшествии, надеясь на благодарность и премию, но получил кучу матюков и угрозу собственного увольнения «на все четыре стороны». Густин был хмурым, злым и нервничал.
Паханин не приехал, то есть, просто дал понять, что ему это не интересно.
Да и случай с фотографом не сулил ничего хорошего. Кто-то явно хотел поднять шумиху насчет его фазенды. И было бы не очень просто объяснить как он, Густин, на зарплату государственного служащего на участке в 2 гектара построил 5 домов. Но это ладно. Гораздо хуже, что не приехал Паханин.
- Хочет чистеньким остаться, сухим из воды выйти. Вот уж хрен с маслом, - подумал Густин и крикнул СОБРовца Сайда, чтоб тот как следует, пропарил спинку березовым веничком.
Сайд поработал, как всегда качественно, в две руки, с оттяжкой. И теперь лежа на диване с кружкой холодного пива «Тиньков» Густин надеялся отвлечься от тревожных мыслей. Не получилось. Запиликал конспиративный мобильник.
- Борис Михайлович, через полчаса буду. Потолкуем.
Кстати, включи телевизор.
На часах было уже начало одиннадцатого. В программе «Очень секретно» какой-то следователь по особо важным делам говорил о мотивах убийства Виктора Кримзы, подчеркивая, что все происшедшее напрямую связано с таможней.
- Погибший основал свой бизнес еще в начале 90-х и к нему, неоднократно, возникали вопросы у правоохранительных органов. Так в конце 1999 года в результате проверки Управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД было установлено, что в результате деятельности таможенного терминала «Югланд» государству нанесен ущерб в несколько десятков миллионов долларов США. Ведущий телепрограммы оживился.
- Так это же экономическая диверсия! Почему же тогда не довели до конца уголовное дело?! Есть версия, что этому тогда помешали высокопоставленные чиновники, как в таможне, так и в МВД?
- Сейчас мне не хотелось бы это комментировать, - ответил следователь.
Журналист, явно поймавший удачу, не унимался.
- Вам не кажется, что убийство средь бела дня, на пороге таможни видного бизнесмена, именно подчеркивает мотивы преступления?
- Возможно.
Джип Паханина въехал во двор. Густин пошел встречать гостя.
Глава 23. Система порождает пороки, пороки порождают систему
Два генерала без лишних слов сразу перешли к делу.
- Архив «Югланда» мои ребята успели вывезти, оформили по акту, как на независимую экспертизу. Там документы случайно пропадут. Но у нас все будет прикрыто.
Густин довольный своей оперативностью, сделал большой глоток пива. Паханин задумался.
- Наша служба собственной безопасности, как бы доверительно, пообщалась с ментами, ведущими уголовное дело по Кримзе. Объяснили, что «Югланд» идет под грифом «Терминал Управления Делами Президента». Я думаю, менты поняли, что здесь за излишнюю любознательность орден им врядли дадут.
Паханин поправил темные очки, но продолжал слушать молча.
- Худо другое, - продолжал Густин, - похоже, что вся наша компания попала в серьезную разработку ФСБ. Слова «наша компания» Густин выделил интонацией. Паханин сделал вид, что не заметил.
- Информация верная, мне мой человек из ФСБ Вдовцов, даже ксерокопии документов показывал.
Паханин напрягся.
- Что конкретно, Борис Михайлович?
- Оперативные документы четко фиксируют Ваши дружеские отношения с Виктором Кримзой. В частности, есть справка, что во время нашей вечеринки в стриптиз-баре «Куколки», Кримза заплатил более 40 тысяч долларов США. Возможно, в бане в Черкасском переулке была также организована прослушка. Вы же понимаете, что теперь, после убийства Кримзы всем этим материалам могут дать ход на самом высоко уровне. Да и Орликов, тоже не зря в Израиль слинял. У него на такие вещи чутье, как у охотничьей собаки.
Паханин вытер со лба капли пота. В этот момент в углу комнаты он отчетливо увидел желто-зеленого человечка. Поблескивая золотой фиксой, дьявол молча сказал то, что Паханин больше всего боялся услышать.
«Скоро придет время за все ответить», - услышал он голос из глубины гостиной.
Густин, ничего не замечая, продолжал:
- ФСБешники уже вычислили и швейцарские счета Кримзы на 10 миллионов долларов, причем, в справке говорится и о вашем участии в переправке денег за границу.
Дальше Паханин уже не слушал. Утром он решил, во что-бы-то не стало, встретиться со Стальевичем. Теперь он, Паханин, в свою очередь должен сказать:
- Все в одной лодке.
Глава 24. Таможенные разводки
Система годами, создаваемая Паханиными, Густиными, Шаровыми, Кримзами и прочими «достойными» людьми продолжала работать исправно, по инерции. А кровеносными сосудами коррупционного организма ГТК всегда были денежные потоки. Потоки эти могли быть «зелеными» или «деревянными», окорочковыми или нефтяными, различными валютными... Много их, этих разных потоков. Однако, главное, чтобы все эти ручейки попадали туда, куда надо.
Если эти ручейки начинали утекать куда-то, сами по себе, немедленно начинал действовать принцип неотвратимости наказания. Причем принцип неотвратимости наказания в коррупционной системе всегда действует намного эффективнее, нежели в системе юстиции или в системе государственной власти. Следует правда признать, что русские здесь вовсе не пионеры. Так же было в начале XX века и в Чикаго и на Сицилии. Это правило жизни. В каждой клановой организации свои законы. Обычно, они исполняется четко, а нарушителей неминуемо ждет страшная кара. И все же, все же, как нелегко порой бывает противостоять чарам этого страшного желто-зеленого дьявола. Нередко, своей манящей золотой улыбкой желто-зеленый просто парализует волю и, словно паук из мухи высасывает из людей все чувства, включая и чувство самосохранения. В России, в конце XX века, таких опустошенных людей, даже другие бандиты и преступники, стали называть беспределыциками.
Удержаться от освоения «корпоративных» денег беспределщики уже не могут. Как наркоманы они сидят на «зеленой» игле. А желто-зеленый всегда исправно, раз за разом увеличивает им дозу.
- Подполковник Каретин слушает!
Василий Петрович Храбрецов сразу узнал голос старого приятеля, хотя они и не виделись уже пару лет.
- Здравствуй, Сергей Петрович, это тебя Василий Петрович беспокоит. Храбрецов, если не забыл.
- Привет, привет Петрович!
Когда-то Василий Петрович и Сергей Петрович вместе начинали службу операми в угрозыске, и хотя потом их пути разошлись, сейчас оба, кажется, были рады этому звонку. Много общего было в жизни бывших оперов и, конечно, не только уголовные дела, но и пьянки и гулянки и женщины в общем, если можно так сказать, общая холостятская жизнь. Прошло с тех пор уже почти четверть века, у обоих внуки появились. Однако, периодически два Петровича все же встречались, и вспоминали свою оперскую молодость в МУРе.
- Вот Петрович, решил тебя с днем рождения поздравить.
Лучше поздно, чем никогда.
- Да уж, неделя прошла.
- Ничего, Сергей Петрович, давай вечерком потолкуем.
- Давай потолкуем.
- Тогда жду в 19.00 в нашем кабачке у ВДНХ.
- Годиться, до вечера. А сейчас, извини, много работы.
На встречу подполковник милиции Каретин опоздал наполчаса, объяснив, что работы было действительно много. Поговорили о разном. Выпили за здоровье именинника. И уже после, понимая, что надо о чем-то «потолковать», Каретин спросил:
- Ну что Петрович, говори, чего звал?
Храбрецов рассказал все как есть, историю про их с Лехой приключения. Каретин слушал внимательно. Иногда молча кивал, как бы давая понять, что и он о многом информирован. Когда Храбрецов сказал об аресте груза на таможенном терминале «Югланд» и об убийстве предпринимателя Кримзы, Каретин понял, что впутался приятель в большое дерьмо.
- Василий, у тебя доля в этом бизнесе есть?
- Не понял, какая доля? Я водилой работаю у директора.
Зарплату получаю хорошую. Директор в больнице с инфарктом, а вопрос с грузом решать надо. Вот я и подумал...
Храбрецов не договорил, заметив в глазах своего старого приятеля слишком много какой-то грусти и сочувствия.
- Ты знаешь, Василий, не надо тебе это. Вашу фирму, просто, развели таможенники. Работают они вместе с криминалом. Сначала завлекли твоего директора сладкими ценами на растаможку, а потом накрыли с ценной партией товара. Везли-то что?
- Электронику, телевизоры, компьютеры.
- Этот груз, небось, на поллимона баксов, так?
-Так.
- Вот и не лезь, пока цел. И Лехе, своему, десантнику, скажи, чтоб не лез. Закон таков, что таможенники окажутся правы. Они поймали вас, контрабандистов. Так что, если не откупиться твой директор, товар конфискуют. Понял?
- Понял, - мотнул головой Храбрецов. Он вспомнил, как много лет назад, будучи молодым и горячим, заступаясь за незнакомого прохожего, он полез в драку и потерял удостоверение сотрудника МВД. Мужик потом, конечно, удрал, а Храбрецов вместо того, чтобы как Каретин сидеть теперь в служебном кабинете, крутил шоферскую баранку и днем и ночью, и в снег и в дождь... А на висках уже седина.
- Понял, - повторил Храбрецов.
Читать дальше: "Таможенный криминалитет"
